Чума (2025) 2 (, Австралия) смотреть фильм онлайн
2003 год. Лето в Австралии выдалось жарким, а для двенадцатилетнего Бена оно стало совсем другим. Родители решили, что сыну будет полезно провести каникулы в специализированном лагере по водному поло. Мальчик с радостью согласился: он любил воду, любил соревноваться, да и возможность уехать из дома на несколько недель казалась приключением.
В лагере всё поначалу шло как обычно. Утренние тренировки, крики тренера, смех в раздевалке, запах хлорки и солнцезащитного крема. Но очень скоро Бен заметил, что среди ребят существует странное правило. Один мальчик по имени Илай был словно невидимкой, которого все старались обходить стороной. У Илая было сильное акне, лицо покрывали воспалённые красные пятна. И именно из-за этого лица в лагере родилась своя жестокая игра.
Ребята придумали, что у Илая «чума». Если кто-то случайно коснётся его руки, плеча или даже полотенца, которым тот вытирался, то должен немедленно бежать к душу. Там, под взглядами остальных, требовалось тщательно отмыть «заражённый» участок кожи. Иногда это делали демонстративно, с преувеличенным отвращением, иногда просто молча, но всегда так, чтобы Илай видел. Никто не хотел стать следующим. Никто не хотел оказаться на его месте.
Бен сначала просто наблюдал. Он был новеньким, хотел вписаться, понравиться старшим ребятам из команды. Когда все смеялись над очередной «процедурой очищения», он тоже улыбался, хотя внутри что-то сжималось. Илай почти никогда не отвечал на насмешки. Он молча уходил в сторону, прятал лицо под капюшоном толстовки даже в тридцатиградусную жару, старался занимать место в самом дальнем углу раздевалки. Но чем дольше Бен смотрел, тем труднее ему становилось притворяться, что всё это нормально.
Однажды вечером после тренировки случилось то, чего Бен боялся больше всего. Во время игры в догонялки у бассейна он случайно толкнул Илая плечом. Мгновенно раздались крики: «Чума! Чума!» Кто-то уже протягивал ему полотенце, кто-то хохотал, кто-то снимал на телефон. Все ждали. Бен стоял посреди мокрого кафеля, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Он мог сейчас же пойти к душу. Мог сделать вид, что ему тоже противно. Мог остаться частью стаи.
Но вместо этого он посмотрел на Илая. Тот стоял чуть поодаль, опустив голову, и ждал очередного унижения. В этот момент Бен понял одну простую вещь: если он сейчас пойдёт отмываться, то завтра Илай останется совсем один. А если не пойдёт — то, возможно, останется один сам.
Он глубоко вдохнул влажный вечерний воздух, повернулся к остальным и тихо сказал:
— Я не пойду.
Смех стих. Кто-то присвистнул, кто-то пробормотал что-то обидное. Но Бен уже не слушал. Он подошёл к Илаю, протянул руку и просто сказал:
— Пойдём, посидим у воды. Там прохладнее.
Они сели на бортик бассейна, свесив ноги в тёплую воду. Илай долго молчал. Потом, почти шёпотом, спросил:
— Тебе не страшно?
Бен пожал плечами.
— Страшно. Но ещё страшнее притворяться, что мне всё равно.
Той ночью в лагере стало на одного изгоя меньше. А на одного человека, который решился быть просто человеком, — больше. Лето продолжалось, тренировки шли своим чередом, но что-то в воздухе уже изменилось. Не сильно, не сразу. Но достаточно, чтобы Илай иногда поднимал голову и смотрел по сторонам без привычного страха. А Бен понял, что быть частью коллектива — это вовсе не значит соглашаться со всем, что в этом коллективе делают.
Иногда достаточно одного маленького шага в сторону от толпы. И тогда «чума», придуманная детьми, начинает отступать перед чем-то гораздо более сильным — обыкновенной человеческой порядочностью.
В лагере всё поначалу шло как обычно. Утренние тренировки, крики тренера, смех в раздевалке, запах хлорки и солнцезащитного крема. Но очень скоро Бен заметил, что среди ребят существует странное правило. Один мальчик по имени Илай был словно невидимкой, которого все старались обходить стороной. У Илая было сильное акне, лицо покрывали воспалённые красные пятна. И именно из-за этого лица в лагере родилась своя жестокая игра.
Ребята придумали, что у Илая «чума». Если кто-то случайно коснётся его руки, плеча или даже полотенца, которым тот вытирался, то должен немедленно бежать к душу. Там, под взглядами остальных, требовалось тщательно отмыть «заражённый» участок кожи. Иногда это делали демонстративно, с преувеличенным отвращением, иногда просто молча, но всегда так, чтобы Илай видел. Никто не хотел стать следующим. Никто не хотел оказаться на его месте.
Бен сначала просто наблюдал. Он был новеньким, хотел вписаться, понравиться старшим ребятам из команды. Когда все смеялись над очередной «процедурой очищения», он тоже улыбался, хотя внутри что-то сжималось. Илай почти никогда не отвечал на насмешки. Он молча уходил в сторону, прятал лицо под капюшоном толстовки даже в тридцатиградусную жару, старался занимать место в самом дальнем углу раздевалки. Но чем дольше Бен смотрел, тем труднее ему становилось притворяться, что всё это нормально.
Однажды вечером после тренировки случилось то, чего Бен боялся больше всего. Во время игры в догонялки у бассейна он случайно толкнул Илая плечом. Мгновенно раздались крики: «Чума! Чума!» Кто-то уже протягивал ему полотенце, кто-то хохотал, кто-то снимал на телефон. Все ждали. Бен стоял посреди мокрого кафеля, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Он мог сейчас же пойти к душу. Мог сделать вид, что ему тоже противно. Мог остаться частью стаи.
Но вместо этого он посмотрел на Илая. Тот стоял чуть поодаль, опустив голову, и ждал очередного унижения. В этот момент Бен понял одну простую вещь: если он сейчас пойдёт отмываться, то завтра Илай останется совсем один. А если не пойдёт — то, возможно, останется один сам.
Он глубоко вдохнул влажный вечерний воздух, повернулся к остальным и тихо сказал:
— Я не пойду.
Смех стих. Кто-то присвистнул, кто-то пробормотал что-то обидное. Но Бен уже не слушал. Он подошёл к Илаю, протянул руку и просто сказал:
— Пойдём, посидим у воды. Там прохладнее.
Они сели на бортик бассейна, свесив ноги в тёплую воду. Илай долго молчал. Потом, почти шёпотом, спросил:
— Тебе не страшно?
Бен пожал плечами.
— Страшно. Но ещё страшнее притворяться, что мне всё равно.
Той ночью в лагере стало на одного изгоя меньше. А на одного человека, который решился быть просто человеком, — больше. Лето продолжалось, тренировки шли своим чередом, но что-то в воздухе уже изменилось. Не сильно, не сразу. Но достаточно, чтобы Илай иногда поднимал голову и смотрел по сторонам без привычного страха. А Бен понял, что быть частью коллектива — это вовсе не значит соглашаться со всем, что в этом коллективе делают.
Иногда достаточно одного маленького шага в сторону от толпы. И тогда «чума», придуманная детьми, начинает отступать перед чем-то гораздо более сильным — обыкновенной человеческой порядочностью.
Читать далее...
Всего отзывов
0